Отражение. Опасность близко  - С. К. Ренсом

– Входи, Джош.

– Это не Джош, это я. Ты сказала, что я могу заглянуть к тебе, помнишь? Мне нужно поговорить с тобой. – Когда Грейс взглянула на мое лицо, голос у нее изменился. Я была рада тому, что на мне по-прежнему рубашка с длинными рукавами, так что самые страшные синяки ей были не видны. – Джош рассказал мне, что случилось. Он сказал, что на тебя напала девушка, – продолжила она, стараясь не слишком уж откровенно пялиться на меня. – Та самая, что была вчера в пабе.

– Ну, на самом-то деле я ее не видела. Но свидетели заметили убегающую женщину, и я не могу представить, что кто-то еще мог сделать нечто подобное.

– Алекс, тебе надо в полицию, это надо прекратить! Она совершенно сумасшедшая!

Я посмотрела на Грейс, мою самую лучшую подругу в мире, и подумала, а что она скажет, что сделает, если я расскажу ей всю правду. Она посочувствует мне, в этом я была уверена, и как-нибудь поможет. Но раз у меня больше нет амулета как доказательства, она усомнится в моих словах. У меня не было ничего, что убедило бы ее, что я не спятила окончательно.

– Я не могу пойти в полицию и не могу объяснить тебе, почему. Это все слишком… слишком. – Я пыталась подобрать нужное слово. – Трудно. Мне нужно, чтобы ты поверила мне. – И я посмотрела на нее, надеясь, что она так и сделает.

– Алекс, я полностью доверяю тебе, ты это знаешь, но я не могу сидеть сложа руки и смотреть, как тебя гробят. Она могла убить тебя – и все еще может осуществить свое намерение.

– Она получила то, что хотела, – спокойно сказала я, стараясь сдерживать эмоции. Я показала ей на свою кисть.

– Ты говоришь о своем браслете? Да зачем он ей сдался? То есть он, конечно, прекрасен, но почему нужно было быть такой жестокой?

Грейс замолчала и стала смотреть в пол, а затем глубоко вдохнула и подняла на меня глаза.

– Ты должна рассказать мне, что происходит – о Кэтрин и о Кэллуме. Вот почему я хотела поговорить с тобой сегодня. – Она вынула из рюкзака сложенный лист бумаги и дала его мне. Я взяла его, моментально забыв о своих проблемах. Это была вырванная из журнала страница, и когда я окончательно развернула ее, сердце у меня упало. Человек, которого я выдала ей за Кэллума, смотрел на меня с глянцевого листа. Статья рядом повествовала, как подросток из Лидса заполучил свой первый крупный контракт в модельном бизнесе. Его звали Дуглас Дэй.

Я закрыла глаза и потерла виски. Мой травмированный мозг отчаянно пытался придумать какое-нибудь объяснение этому, такое, которому Грейс поверила бы. И тут она тихо заговорила:

– Пожалуйста, не ври мне больше, Алекс. Я могу помочь тебе?

Я поморщилась. Было слишком сложно, слишком тяжело продолжать водить Грейс за нос.

– Я хочу рассказать тебе все, – призналась я, икая и всхлипывая, – но я не думаю, что без браслета ты поверишь мне, у меня нет доказательств.

– А ты попробуй, – потребовала она, осторожно поднимая мой подбородок и заставляя посмотреть ей в глаза. – Это же я, ты помнишь об этом? Ты можешь рассказать мне обо всем.

Мысль о том, что можно все объяснить и больше не таиться, наконец овладела мной целиком. Я внезапно осознала, как мне ненавистно держать все в себе; я хотела, чтобы она все знала и все поняла.

– Я не знаю, с чего начать, – прошептала я, опустив плечи.

Голос Грейс стал твердым:

– Ну, давай начнем с Кэллума. Ведь это не он, правда? – Она показала на журнальную страницу, лежавшую забытой у меня на колене.

– Нет, – согласилась я. – Хотя и немного похож на него.

– Значит, Кэллум существует?

– Да, в определенном смысле. Просто я не могу показать тебе его фотографию, а ты так настаивала на этом, и я подумала… – мой голос затух. Мне было стыдно.

– Почему? Почему нельзя сделать его фотографию? В чем тут дело?

– Послушай, прежде чем я тебе все расскажу, ты должна кое-что пообещать мне. – Я посмотрела на нее сквозь слезы.

– Все что угодно. Только попроси.

– Ты должна поверить мне. Все, о чем я тебе расскажу, правда, но очень странная правда. И я ничего не могу доказать.

– Попытайся, – сказала она с ободряющей, но нервной улыбкой, усаживаясь на диван. – Расскажи все как есть.

– Мой браслет – тот, который сегодня украли, – это не просто браслет. Он что-то вроде ключа и позволяет мне… О, ты никогда мне не поверишь. Это звучит безумно!

– Успокойся. Я же тебе обещала, разве не так? Продолжай.

Я, попытавшись успокоиться, сделала глубокий вдох:

– Кэллум – призрак, он много лет тому назад утонул в реке Флит.

У Грейс отвалилась челюсть, и она недоверчиво смотрела на меня несколько долгих секунд.

– Я же говорила, что ты мне не поверишь, – пробормотала я.

Наконец она пришла в себя.

– Ну тут тебе трудно винить меня в чем-то; это не совсем то, что я ожидала услышать, но ты продолжай. Я хочу понять. – Она очень старалась, я видела это, но ее выдало то, что она отвела глаза. Грейс решила, что я сумасшедшая.

– О’кей, послушай. Я знаю, как это звучит. Это в каком-то смысле безумие, и когда я впервые узнала о таком, то подумала, что теряю рассудок. Но все так и есть на самом деле. – Грейс улыбалась мне вежливо и ободряюще. Она откинулась на диване и старалась не скрещивать руки. Ну как мне убедить ее?

– Ты помнишь поездку клуба искусств в собор Святого Павла?

– Да, – нерешительно ответила она.

– Ты помнишь, что я сказала, что видела призрака?

– Да! – Она подалась вперед, желая, чтобы я ее убедила. – Это был Кэллум?

– Да, тогда я увидела его в первый раз, и собор Святого Павла – единственное место, где я могу действительно видеть его.

– А как это происходит в другое время?

– Я вижу его в зеркале и слышу его, когда его амулет – или браслет – соприкасается с моим. У него есть точно такой же амулет, что и у меня, точнее, такой, что у меня был. – Мой голос опять сник, когда я подумала о своей потере. – Без амулета он… нигде. Я не могу видеть его, не могу говорить с ним.

– А какое отношение имеет ко всему этому Кэтрин? Почему она украла его? Что ей известно о Кэллуме?

С чего начать? Я ненадолго закрыла глаза и стала думать, как лучше изложить всю историю.

– Кэллум не обычный призрак, – начала я, стараясь не обращать внимания на скептический взгляд Грейс, промелькнувший у нее на лице прежде, чем она снова сумела взять себя в руки. Я быстро продолжила: – Каждый, кто тонет в реке Флит, оказывается потом в своего рода чистилище. Их там сотни, и все они носят амулеты, которые не могут снять и которые заставляют их делать определенные вещи. И существует всего один амулет, я не понимаю почему, находящийся с этой стороны, в нашем мире. Время от времени кто-нибудь обнаруживает его в Темзе.